Информационное агентство "Славянский мир"

телефон/факс: (095) 232 95 97, 443 55 85
E-mail: slavmir@slavmir.msk.ru

Информационный бюллетень ╧ 18
Июнь 1997 года

При распространении и воспроизведении материалов, обязательна ссылка на
информационное агентство "Славянский мир".
Свидетельство о регистрации ╧ 03127 от 07.08.95 г.

Юридическую поддержку информагентства "Славянский мир" осуществляет адвокатское бюро "ЮРИНСЕРВИС"


В НОМЕРЕ


Национальная безопасность

ФОРМИРОВАНИЕ НОВОЙ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ И НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ СТРАНЫ


Белоруссия

ИНТЕГРАЦИЯ БЕЛОРУССИИ И РОССИИ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

О ВОЕННОЙ РЕФОРМЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

РАСШИРЕНИЕ НАТО И БЕЗОПАСНОСТЬ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ


Социум

ДВОЙНОЕ ГРАЖДАНСТВО: МИФ И РЕАЛЬНОСТЬ

В ПРЕДДВЕРИИ СОЦИАЛЬНОГО ВЗРЫВА


Россия - Казахстан

В ЗАЩИТУ ПЕТРА КОЛОМЦА


Национальная безопасность

ФОРМИРОВАНИЕ НОВОЙ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ И НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ СТРАНЫ

Под национальной безопасностью, как известно. понимается состояние защищенности жизненно важных интересов государства, общества и граждан. Оценивая ситуацию, в которой сегодня развивается Россия, нельзя не признать, что помимо внешнеполитического и военного измерения безопасности страны первоочередное значение приобретают угрозы внутренние: это угрозы в государственном строительстве, экономической области, социальных отношениях, образовании и науке, здравоохранении и экологии, информационной области.
Одну из главных опасностей для России представляют проблемы государственного строительства. Они связаны с процессом преодоления в теории и на практике наследия "социалистического федерализма". Сотворенный для решения этнических проблем, "социалистический федерализм" на деле создал структуру, которая из-за "этнизации государственности", с одной стороны, и "огосударствления этничности" - с другой, постоянно порождает конфликты.
Внедренный за 80 лет ХХ века в общественное сознание этнонационализм, "социалистический федерализм", во-первых, препятствовал формированию нации. В результате в России до сих пор не преодолен кризис идентичности, который выражается в юридическом отсутствии российской нации как единого субъекта политического самоопределения и источника государственного суверенитета. Во-вторых, практика "социалистического федерализма", доставшаяся в наследие России после распада СССР, стала развивать конфедеративные, дезинтеграционные тенденции в становлении новой российской государственности.
За свою многовековую историю Россия знает две формы государственно-территориального устройства - унитарную и в определенной степени федеративную. Формирование и развитие российской государственности с IX века по 1917 год проходило в унитарной форме.
Основная особенность эволюционного развития Российского государства с момента его образования в 862 году до революционных потрясений в феврале и октябре 1917 года состояла в том, что входящие в его состав население и территории не теряли при этом возможности своего самоуправления. Этот процесс нашел свое правовое обеспечение в Русской Правде, Новгородской и Псковской судебных грамотах, Судебниках 1497 и 1550 годов, Соборном Уложении 1649 г., Своде законов Российской империи.
В результате к 1917 году в России был накоплен богатый опыт децентрализованного развития унитарного государства, который учитывал территориально-географические и социально-экономические, национальные и культурно-исторические особенности регионов. Данный опыт позволял сохранить на обширной территории Российского государства традиционные нормы права, быта и обычаев народов, опирался на местную элиту, учитывал политическую ситуацию, а в конечном счете способствовал росту Российской державы.
Остановимся на главных формах децентрализованного управления. Первая из них была характерна для территорий, где проживало в основном русское население, а также Прибалтики, Закавказья, регионов, населенных оседлыми тюркскими народами.
На этих территориях при развитии унифицированной государственно-административной системы внедрялось и самоуправление: поначалу сословное, а затем и земское. При этом в Прибалтике местное самоуправление было более развито в связи с предоставлением ее жителям значительных прав и привилегий. В течение длительного времени в Прибалтике действовали органы местного бюргерства - городские магистраты. Широко развивались, по преимуществу, из местных дворян приходские собрания, конвенты, ландтаги, комитеты. Все три основные религии - православие, евангелическо-лютеранская и католическая, имели равные права. Крестьяне Прибалтики были освобождены от крепостной зависимости еще в 1816-1818 гг. за 45 лет до освобождения крестьян центральной России.
Значительные права были даны различным сословиям Закавказья. Так, грузинские дворяне получили права русских дворян. За участие в военных действиях знать получала дворянские звания, высокие чины и занимала определенные должности по службе в центральных и местных органах власти России. Свод законов Российской империи определял широкие права и для представителей высшего мусульманского сословия в Закавказье.
Второй формой децентрализованного развития унитарной России были автономии Польши и Финляндии. Польша, например, имела собственную Конституцию и законодательную власть - Сейм, который состоял из короля (император России короновался на польский престол), Сената и Посольской избы. Польские феодалы получили права русских дворян. По Своду законов Российской империи дворянское звание имели право получать все те, кто имел грамоты российских государей и привилегии королей польских. Финляндия также имела свои органы власти и управления, свою судебную систему. Ее законодательство было обособлено от законодательства Российской империи. Крестьяне Финляндии были лично свободными и находились в более привилегированном положении, нежели крестьяне российских губерний.
Третьей особенностью децентрализованного развития унитарного Российского государства было управление народами Урала, Сибири, Дальнего Востока и Средней Азии. Суть этого управления заключалась в том, что каждый из этих народов имел свои традиционные органы управления, в предметы ведения которых центральная власть в Петербурге не вмешивалась. Более того, она освобождала эти народы от целого ряда повинностей, защищала от ассимиляции, поддерживала культурно-этническое развитие, способствовала сохранению традиционных хозяйственных укладов.
Четвертый принцип децентрализованного управления в унитарной России заключался в политике протектората. Российская власть имела договоры о покровительстве с Хивинским ханством, Бухарским эмиратом и Урянхайским краем (нынешняя Тува). Эта политика характеризовалась передачей российской власти права внешних сношений, военной защиты Российским государством этих территорий и прав на торговлю русским купцам.
Значение разнообразных форм децентрализованного управления регионами России состояло в том, что оно расширяло возможности политического маневра, обеспечивало гибкость и гармоничность управления, не разрушая при этом унитарного характера российской государственности.
Наконец, важнейшей особенностью унитарного развития России до 1917 года было территориальное несовпадение зон ответственности органов административного управления с районами действия финансовых, судебных и военных структур (за исключением генерал-губернаторов). Так, например, округ Московской судебной палаты (как и Петербургской судебной палаты) охватывал несколько губерний. Это обеспечивало независимость правоохранительных органов, финансового и судебного контроля от нарушения законности и произвола местных органов власти. Такая система эффективно препятствовала сговору правящих политических элит, развитию коррупции, нарушению прав и свобод граждан.
Обращает на себя внимание, что именно таким образом построена нынешняя федеральная судебная система в США: 50 штатов, но всего лишь 13 апелляционных федеральных судов. Та же система развита во Франции, Италии, Великобритании и других государствах.
В первой декаде ХХ века Россия стояла перед крупной комплексной реформой, которая была направлена на расширение децентрализации государственного управления. Ее разработал Председатель Совета Министров П.А.Столыпин. Он намеревался создать в стране 11 по возможности однородных в этническом и экономическом плане крупных областей (Польша, Прибалтийская, Северо-Западная, Правобережная и Левобережная Украина, Московская, Верхнее и Нижнее Поволжье, Север России (две области), Степная область (Западная Сибирь). В каждой из них Столыпин предусматривал создание областного земского собрания и областного правительственного управления. Области получали широкие права местного законодательства по всем предметам ведения, которые не имели общегосударственного значения. Остальные регионы - казачьи области, Туркестан, Восточная Сибирь, Крым и Кавказ - по замыслу реформатора пока оставались вне областного управления. Одновременно реорганизовывалась и усиливалась административная вертикаль Российской империи - от уездного начальника до губернатора.
...С революционных февральских и октябрьских событий 1917 года этот опыт был практически утрачен. За последние 80 лет века эволюционный характер преемственного государственного развития России был сломан и заменен на перманентную революционную реконструкцию, которая глубоко деформировала естественные исторические процессы.
Если за 1055 лет, то есть за период с 862 года до 1 сентября 1917 года (с момента образования государства до момента провозглашения Временным правительством Российской республики), Российское государство прошло в своей исторической эволюции через шесть этапов: Древняя Русь, Киевская Русь, Владимиро-Суздальская Русь, Великое княжество Московское, Россия конца XV-XVII вв., Российская империя, то только за 75 лет (1917-1992 гг.) ХХ столетия страна трижды претерпевала революционные фундаментальные преобразования: Российская Республика, РСФСР-СССР, Российская Федерация (Россия). С 1918 по 1993 год в стране было принято шесть конституций. Мировой опыт не знал не только таких темпов в смене форм государственного развития, но и таких социальных экспериментов, которые пережила Россия - разрушение унитарного государства, монархии, земства, культурно-исторических традиций плодотворного сожительства "семьи народов", социальных групп и слоев российского общества.
По сути, российская государственность стала разменной монетой в руках борющихся за власть и собственность политиков, которым многовековая судьба великой страны безразлична. Вырождение российской государственной элиты привело Россию к печальному состоянию. Придумав модель "социалистического федерализма", верхушка правящего класса по-настоящему так и не приступила к строительству подлинной федерации. Строительство федерации разделением страны по национально-территориальному принципу было сведено к "решению национального вопроса". С одной стороны, власть создала формально-юридически федеративное государство, предоставив союзным республикам значительную автономию. С другой стороны, власть, построив авторитарно-унитарную систему "партия-государство", свела к минимуму федеративные начала в развитии страны. Крушение этой системы обусловило взрыв этнического государствостроения не только в бывших союзных республиках, но и в автономиях Российской Федерации.
Для придания демократического характера этому процессу "старые-новые" политические элиты мобилизовали идею строительства подлинной федерации. Идеологи этнического государствостроения главным бедствием развития России объявили унитарное государство. В этой связи важно разобраться, в чем преимущество федеративного государства перед унитарным? Какой федерализм развивается в современной России и в чем суть подлинного федерализма? Какова перспектива российского федерализма?
В первую очередь обращает на себя внимание, что выступления политиков, публикации юристов, философов и историков о развитии российского федерализма зачастую страдают конъюнктурным подходом, идеализмом и необъективным противопоставлением унитарному государству. Слову "федерализм" изначально придается оценочное понятие исключительно с положительным знаком, что призвано выделить некое общественное благо, не зависящее от социального и экономического прогресса. И наоборот слову "унитаризм" придается отрицательный, а порой и зловещий смысл. Например, понятие "федерализм" ставится в один ряд с понятиями "демократия", "правовое государство", "гуманизм", а "унитаризм" ассоциируется с понятиями "тоталитарное государство", "насилие". Тем самым происходит смешивание понятий из разных смысловых рядов, игнорируется разница между политическим режимом, формой государственного устройства и характером организации управленческого аппарата.
Часто федерализм отождествляется с децентрализацией, под которой понимают демократическое развитие. Напротив, унитаризм рассматривают в смысле централизации, в которой видят авторитаризм и тоталитаризм. Вместе с тем в мире есть централизованные федерации типа латиноамериканских, которые трудно считать образцом эффективного развития государства. И есть децентрализованные унитарные государства - Франция, Испания, Италия, дающие убедительные примеры эффективного управления государством.
Распространено утверждение, что федеративное государство более демократично, чем унитарное. Но мировой опыт убеждает, что здесь нет четкой взаимосвязи. Более того, такие федеративные государства, как Нигерия, Пакистан, Камерун, Коморские Острова, Объединенные Арабские Эмираты, Малайзия весьма проблематично рассматривать как демократические государства. В то же время унитарные Франция, Великобритания, Нидерланды, Дания, Швеция, Финляндия, Италия служат образцом демократического развития.
Если рассматривать опыт федеративного строительства в советской и постсоветской России, то без труда можно увидеть, как в стремлении достичь "подлинной федерации" в бывших автономиях, а ныне республиках шел "естественный" - по национальности, землячеству и родству - отбор кадров в государственные органы власти, хозяйственную и культурную сферы. Не секрет, что сегодня большая часть руководящих кадров в республиках сформирована не по профессиональным и деловым качествам, а по принципу принадлежности к "титульной" нации.
В большинстве республик приняты законы, которые нарушают избирательные права граждан, противоречат Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству. Нередко принимаются такие правовые акты, которые грубо попирают права и свободы человека и гражданина. В сентябре 1993 года, например, Президиумом Верховного Совета Республики Башкортостан был принят указ "О дополнительных мерах по предупреждению и пресечению преступных проявлений", который противоречил Конституции Российской Федерации и федеральным законам. По этому указу по данным прокуратуры Башкирии работниками МВД республики за 1994-1996 годы было задержано на срок до 30 суток 11909 человек, из них было освобождено за неподтверждением подозрений и в связи с избранием другой меры пресечения 7016 человек, или 58,9%. В республике по существу был развернут террор, который изломал многие тысячи судеб ни в чем не повинных людей и никто за это не понес ответственности. Внесудебные расправы широко проводились и с привлечением средств массовой информации: публичная ложь, оскорбления, бездоказательные обвинения - все это стало возможным в суверенном Башкортостане.
Широко распространена точка зрения, что федеративные государства наиболее полно удовлетворяют национально-культурные запросы своих граждан. Но опять же мировой опыт свидетельствует об обратном: унитарные Финляндия, Швеция, Франция, Испания, Италия дают примеры того, как эффективно можно решать национальные проблемы. А как их не надо решать, показывают как раз федеративные страны - Пакистан, Камерун, Нигерия и др.
Считается, что федерализм приносит в жизнь общества атмосферу диалога, открытого обсуждения спорных вопросов и конфликтов, совместного поиска путей к компромиссу. Однако развитие российского федерализма в 1992-1997 годы демонстрирует пока противоположное. Все договоры и соглашения, начиная с Федеративного договора готовились келейно, чисто бюрократическим путем, без свободного, гласного обсуждения, являлись, по существу, сепаратными сделками.
Российские политики считают, что федерация обеспечивает разделение властей по вертикали и создает систему противовесов, которая препятствует узурпации власти и диктатуре. Однако никто и ничто в сущности не мешает установить в унитарном государстве процедуры разрешения конфликтов между центральными и региональными органами госвласти в судебном порядке, которые исключают чисто административно-бюрократическое вмешательство "сверху", как, например, в унитарной Франции. Федеративное устройство Пакистана, Нигерии, ряда латиноамериканских стран в то же время не защитило их народы от авторитаризма и диктатуры федеральных властей и военных переворотов. Наоборот - унитаризм Великобритании, Швеции, Финляндии, Франции, Дании убедительно показывает силу правовых институтов.
Следовательно, главное в развитии государства - не его внутреннее устройство, а государственный режим его функционирования. Он, как известно, выражается в средствах и способах властвования, в демократическом или антидемократическом характере его воплощения в жизнь.
Вот почему рассуждать о подлинном федеративном устройстве в недемократическом государстве, по мнению правоведа Ф.Раянова, это такая же нелепость, как и настаивать на федеративном устройстве в демократическом государстве. "Поэтому общественно-политическую мысль в перспективе все больше должна занимать сущностная сторона государства (какие интересы преобладают в деятельности государства), а не столько федеративное или унитарное его устройство", считает Ф.Раянов. По мере демократизации российского общества, развития его гражданских институтов и расширения правовых основ государства, признаки федеративного государства, согласно авторскому пониманию, все больше будут играть формальную роль. Следовательно, спор о том, что для России более "органично" - унитарное или федеративное государственное устройство, закончит только время. По существу, ключевой проблемой в формировании современного Российского государства является построение дееспособной демократически-правовой государственности, подконтрольной народной воле и гражданскому обществу. Именно в этом и заключается принципиальный смысл современного государственного становления России.
Другими словами, федерация - не самоцель. Мировой опыт государственного строительства показывает, что федерализм любой ценой - это требование незрелого общества. Такое требование обычно выдвигается в чисто политических целях отдельными группами и людьми, стремящимися к власти любой ценой,- вплоть до разрушения единого государства. Для них проблема федерализма является, как правило, средством достижения личных интересов - власти и собственности. При этом истинное предназначение федерализма для этих групп людей остается неизвестным, а следовательно, и невостребованным. Во многом поэтому в нынешней практике формирования российского федерализма много риторики о необходимости строительства подлинной федерации, но мало понимания ее истинного смысла.
Власти Башкирии, например, понимают формирование подлинной федерации исключительно как "налаживание межгосударственных отношений в рамках Федерации, которая только начинает строить цивилизационные отношения с суверенными государствами в своем составе".
Подобные "федеративные" концепции, естественно, противоречат как историческому, так и современному опыту развития мирового федерализма. Между тем, стержневые основы подлинной федерации заключаются, в первую очередь, в том, что субъекты федерации нигде в мире не обладают суверенитетом. Суверенные государства не могут быть членами федерации.
Все федерации (кроме бывших СССР, Югославии и Чехословакии, а также нынешней Российской Федерации, некоторых штатов Индии и сообществ Бельгии) построены на территориальной основе. Главным для них является не национальный вопрос, а проблема децентрализации, разделения властей между федеральным центром и субъектами. И наоборот, зацикленность на национальной проблематике привела к краху названные социалистические федерации Восточной Европы.
Стратегической тенденцией современного федерализма является интеграционная политика. Субъекты федерации не имеют права на отделение, на самовольный выход из федерации, на так называемую сецессию. Обеспечивается равенство прав граждан любого субъекта федерации на территории всей федерации. Существует единое правовое пространство, которое обеспечивается верховенством федерального закона, и прежде всего федеральной Конституции. Закон субъекта федерации не может противоречить федеральному закону. Разграничение предметов ведения между органами государственной власти федерации и ее субъектами производится Конституцией или федеральными законами. Мировая практика современного федерализма не знает договорных федераций.
Перечисленные стержневые принципы развития мирового федерализма свидетельствуют о его достаточно сильном централизме. Не трудно заметить, что Российская Федерация пока весьма далека от этих характерных принципов подлинного федерализма.
Что же касается децентралистских основ мирового федерализма, то здесь Российская Федерация имеет значительное продвижение. Это - и двухпалатный высший законодательный орган федерации, в котором одна из палат представляет интересы субъектов федерации, а другая - интересы населения всей страны. Это - территориальная целостность субъекта федерации, которая не может быть изменена без его согласия. Далее субъекты федерации имеют свои конституции, свои высшие законодательные, исполнительные и судебные органы. Наконец, в изменении федеральной конституции обязательно участие субъектов федерации.
Таким образом, если исходить из мировой практики федерализма, то следует признать, что Россия, во-первых, только вступила на путь построения федерации. Во-вторых, на этом пути она игнорирует коренные закономерности развития истинного федерализма.
"Любое государство может продержаться некоторое время, игнорируя исторически сложившиеся принципы федерализма, - отмечает правовед В. Туманов. - Но наступает момент, когда диалектика срабатывает и закономерности начинают за себя мстить. Это может быть через пять или даже десять лет." Драматизм судьбы российского федерализма, по мнению Туманова, заключается в том, что та тактическая целесообразность, к которой государственная власть прибегает сегодня в строительстве Российской Федерации, имеет серьезные отрицательные стороны в стратегической перспективе.
Таким образом, спор унитаризма и федерализма разрешит только время. Тем не менее, очевидно, что одной из главных опасностей российского государствостроения является неизжитая еще практика "социалистического федерализма".
В этой связи историк и этнолог В. Тишков замечает, что нужно откровенно и как можно раньше признать : никакие паллиативы "правильной" ("научной", "мудрой", "взвешенной" и т.п.) так называемой "национальной политики" не спасут российскую государственность от конфликтов, которые порождаются "этнизацией государственности" и "огосударствлением этничности".
Пришла пора четко определить приоритеты государственной стратегии в развитии российского федерализма. Утешительная декларация, согласно которой "федерализм есть территориальная форма демократии", должна смениться осознанием того, что этнический экстремизм, заложенный в некоторых конституционных фразах, и практика "договорной федерации" должны быть нейтрализованы во имя спокойствия и блага россиян, во имя самого будущего России", - пишет В. Тишков.
Основной принцип демократизации российского федерализма, согласно позиции автора, состоит в постепенной деэтнизации государственности и разгосударствлении этичности. "Гражданская российская нация, образуемая реальным многообразием всех народов России - вот подлинный субъект демократического и правового российского федерализма", - подчеркивает Тишков.
Важно обратить внимание, что предлагаемая известным историком и этнологом формула: российская нация - не многонациональный народ, а полиэтническая нация как согражданство - отвечает не только требованиям современной теории национальных отношений, международным правовым нормам, но и мировой практики.
Рассматривая российскую нацию как полиэтническое и многокультурное образование, В. Тишков полагает, что ее государственное оформление в виде федерации не отменяет, а предполагает учет интересов и прав российских народов, в том числе и через государственные образования в форме республик - субъектов федерации. Но при этом сама республиканская государственность не является собственностью "коренной нации", а есть форма самоопределения всех граждан республики, равно как общероссийская государственность является формой самоопределения граждан страны. Преодоление этнонационализма возможно не через радикальный отказ от национальной государственности, полагает Тишков, а, наоборот, через расширение полномочий всех субъектов федерации и утверждение в них полного гражданского равноправия.
Следовательно, федерализм не означает наделение этнических групп "своей" государственностью, а делает институты власти государства ближе и чувствительнее к запросам и интересам культурно различных групп, живущих в одной стране.
Таким образом, проблемы национальной безопасности России в ее государственном строительстве объективно требуют восстановления исторической связи времен, преодоления кризиса идентичности России, теории и практики "социалистического федерализма". Все это позволит укрепить российскую государственность и понять мысль И. Ильина о том, что наше Отечество есть не пустое слово и не просто единое государство, - но система духовного единства.

Александр Аринин, депутат Госдумы РФ


Белоруссия

ИНТЕГРАЦИЯ БЕЛОРУССИИ И РОССИИ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Мы живем во время больших парадоксов, когда политики, да и не только они, подходя к одному и тому же объективному процессу, участвуя в нем с различных концептуальных позиций надеются получить от него различный результат.
Попробуем проанализировать однозначно объективный процесс под кодовым названием "интеграция" с концептуальных позиций, а не частных юридических, экономических и прочих. Ведь чем отличается реальная концептуальная политика от всего остального чего ей сопутствует, т.е. от способов воздействия на сознание масс, от каких-то производных составляющих элементов такого воздействия, которые работают с расщепленным сознанием и вживляемыми стереотипами, что в обилии фабрикуются mass media? Только тем, что признает и имеет дело с объективной реальностью, работает с ней, а не с ее интерпретацией, т.е. формами программирования общественного сознания.
Все геополитические школы считают XXI век - веком цивилизационного генезиса. Работая с этой реальностью все концептуальные мировые группы пытаются воздействовать на нее в своих интересах. Более всего эта реальность не устраивает западную концептуальную "группу мондиализма". Именно поэтому мы наблюдаем шквал воздействия на осевые геополитические центры этого процесса с их стороны в форме концептуально-информационной войны. Под такой войной понимается война психологическая по форме, цивилизационная по содержанию и информационная по средствам, в которой объектом разрушения и преобразования являются ценностные установки народонаселения противника, в результате чего первичные цели заменяются вторичными, третичными и более низкими, приземленного уровня, с иллюзорной вероятностью их достижения. Причем эта вероятность за счет экономических и других материальных рычагов воздействия варьируется таким образом, что достижение заменяющих целей воспринимается человеком как благо.
Основные контуры цели такого воздействия, которое мы ощущаем на себе ежедневно, обозначены в уже классической доктрине профессора, директора Института Стратегических Исследований при Гарвардском Университете Самуэля П.Хантингтона с откровенным названием "Война цивилизаций", с не менее откровенными понятиями: "Запад против всех остальных", "разорванные страны" и даже "славяно-православная цивилизация".
Определив концептуальные геополитические группы и их интересы, мы можем идентифицировать те или иные политические течения не только по их признанию глобальных объективных процессов и даже не по участию в этих процессах, а по целям которые они преследуют.
С концептуальных позиций разница между РБ и РФ не в каких-то законодательных признаках и не экономических деталях - все это не более чем инструменты политического маневрирования, а в том, что РБ при всех издержках сохранила историческую цивилизационную субъективность, а РФ нет. Вот в чем узел проблемы интеграции. Маленькая территория, небольшое население, но Беларусь содержит в себе, является носителем исторической цивилизационной парадигмы всей славяно-православной цивилизации, как ее именуют на Западе. Вот чем она так опасна для Запада.
Вот почему А.Г.Лукашенко является лидером большего, чем республиканский, масштаба. Его позиция четко обозначена не только во внешнем подходе к континентальным проблемам, но и во внутренней народнохозяйственной парадигме политики. Ничего этого нет у руководства РФ.
Но парадокс политики различных элитных групп РФ состоит в том, что объективно все эти группы могут серьезно существовать только в русле державного патриотизма и поэтому они не могут открыто выступить против единства РБ и РФ. "Патриотами" в России стали все, даже бывший министр иностранных дел Козырев. Задача колониальных политиков Москвы в том, чтобы интеграция была декоративным фактором, чтобы в этом процессе можно было как в театре - участвовать, жить и умереть, ничего не меняя.
Однако РБ уже самим фактом своего существования будоражит все социальные слои РФ и пробуждает к самостоятельной политической жизни субъекты федерации, которые находятся на державных позициях. А это не может не беспокоить марионеточные прозападные структуры РФ. Отсюда естественное стремление урезонить "выскочку" А.Лукашенко.
И в то же время РФ вынужденно делает какие-то державные телодвижения, пытается формулировать национальные интересы (лучше поздно, чем никогда). Глядишь, дело дойдет и до принятия внятной военной доктрины.
То, что называется стремлением к интеграции, на языке геополитики называется законом ирреденты, т.е. стремлением разделенной нации объединиться в едином геополитическом организме. По нашей республике проходит цивилизационный разлом, как и на Украине. У нас он выражается в наличии двух субэтносов: 12-15% населения культурно-исторически идентифицируют себя с западными цивилизационными ценностями, около 85% населения относятся к славяно-православной цивилизации - это то население, которое не страдает агрофобией (боязнью больших пространств) и привыкло жить в Великой Державе. Именно благодаря этому закону А.Г.Лукашенко состоялся как национальный (цивилизационный) лидер, именно благодаря действию этого закона он имеет запас необходимой политической прочности и именно благодаря этому закону РБ поможет РФ обрести свою историческую субъектность в интересах всего славянского мира.
...Зададимся вопросом: почему до сих в народе популярна и уважаема личность И.В.Сталина? Да потому что он перевернул геополитические акценты и стереотипы. России - Советскому Союзу были заданы свои собственные ориентиры движения независимо и безотносительно от всего остального мира. И как только подобные принципы были сформулированы, Россия превратилась в самостоятельный субъект программируемого движения. Основной задачей стало не копирование образцов и принципов западной жизни, а порождение своих собственных. И как только это было сделано, даже колоссальное самовластие И.В.Сталина было восполнено и преодолено желанием русских людей идти своим традиционным путем. Поэтому путь оживления традиции славянского мира - путь возрождения цивилизации, подключение к державному строительству каждой здоровой личности.
Однако не будем умалять тех проблем, которые существуют, хотя бы той, что наш цивилизационный онтологический конкурент давно и небезуспешно играет на нашем поле нашими же фигурами. О чем говорят социологические опросы?. Даже на уровне министерств и ведомств ощущается огромный дефицит кадров способных самостоятельно мыслить на концептуальном уровне. Одним из индикаторов этого являются СМИ, которые любой управляющий импульс могут осознанно и неосознанно доводить до абсурда. Примером является обсуждение в СМИ Устава Союза РБ и РФ. Обсуждать можно по разному, в т.ч. и по методу концептуальной войны, как это классически проделал телеведущий Познер: вместо концептуальных вопросов бытия звучали частные юридические моменты в соответствующей психологической обработке и в строгих рамках реагирования.
Одна из основных проблем сегодня - начать серьезно, планомерно и профессионально работать со своим населением в своем информационном поле, беречь "культурное ядро" нации. В архетипе народа живет естественная первооснова, традиция, выраженная в абсолютных духовных ценностях и ориентациях. Пренебрежение ими ведет к патологии не только личности, но и целого народа. Поэтому нужно не только изучать результат чужой психологической агрессии, но и профессионально защищать первоосновы своего политического организма.

В.Гурин (г.Минск)


О ВОЕННОЙ РЕФОРМЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

Необходимость военной реформы в Республике Беларусь обусловлена потребностью в создании военной организации страны из элементов государственного управления, военно-промышленного комплекса (ВПК) и группировки Белорусского военного округа (БВО), доставшихся в наследство республике при разделе СССР.
Понятие военной реформы следует отличать от понятий реформирования вооруженных сил и от реформирования собственно армии. Военная реформа связана с преобразованием всей военной организации государства, ее управляющей, реализующей и обеспечивающей подсистем. Военная реформа предполагает проведение политических, экономических, военных, социальных, правовых мер по обеспечению готовности государства к вооруженной защите жизненно важных национальных интересов. Весь этот комплекс мер должен пронизываться общенациональной идеологией. Реформа вооруженных сил представляется как изменения в реализующей подсистеме военной организации государства, а реформа армии - как изменения в ее основной составной части. Именно поэтому военная реформа проводится по решению и под непосредственным руководством высших органов государственной власти, а не руководства вооруженных сил.
Успешному проведению реформы должны предшествовать научные исследования, определяющие:
- геополитические интересы государств, характер противоречий и военно-политических отношений в современном мире;
- роль военной силы в обеспечении национальных интересов;
- характер современных войн и способов их ведения;
- количественно-качественный состав группировки, отвечающий требованию оборонной достаточности;
- структуру военной организации государства, соотношение видов и родов войск;
- формы военно-политического и военно-экономического сотрудничества с Россией и другими странами;
- возможность выполнения военных заказов Министерства обороны в рыночных условиях и др.
Составной частью военной реформы является реформирование Вооруженных Сил.
Вооруженные Силы Республики Беларусь созданы на базе группировки БВО. Беларусь получила внушительное военное наследие: в два раза больше танков, чем Англия, больше тяжелых орудий, чем Франция, больше боевых самолетов, чем Германия. Численность группировки БВО составляла 250 тыс. военнослужащих. В результате реформирования вооруженных сил в 1992-1996 гг. общевойсковые армии были преобразованы в армейские корпуса, дивизии - в бригады, авиадивизии - в авиационные базы, а воздушно-десантная дивизия - в мобильные силы. Численность вооруженных сил сократилась до 83,5 тыс. человек, а в результате выполнения международных договоров количество боевой техники сократилось более чем на 40%.
При проведении военной реформы и реформировании Вооруженных Сил Республики Беларусь обозначились два подхода.
Первый подход предполагает создание военной организации Союза Беларуси и России. При этом подходе национальные вооруженные силы республики должны сохранить такую боеготовую группировку войск, которая во взаимодействии с выделенной российской группировкой обеспечивала бы военно-политическую функцию сдерживания и нанесения неприемлемого ущерба в локальных и региональных конфликтах.
Очевидно, что такая группировка может быть сохранена только совместными усилиями Республики Беларусь и России на базе единой инфраструктуры, элементами которой являются предприятия ВПК, НИИ, КБ, ВВУЗы, полигоны и т.д.
Правовой основой для этого подхода может стать Договор о коллективной безопасности (ДКБ), Концепция коллективной безопасности и Соглашение о принципах региональной безопасности в рамках СНГ, а также Договор о Союзе Беларуси и России.
При втором подходе ориентация идет на создание собственной военной организации государства. Количественно-качественный состав вооруженных сил сохраняется, исходя из возможностей национальной экономики и средних европейских стандартов. При таком подходе потенциал Вооруженных Сил Республики Беларусь будет резко сокращен. ВВС и войска ПВО, как наиболее дорогостоящие и наукоемкие виды вооруженных сил, скорее всего будут безвозвратно утрачены. На фоне качественного усиления и расширения НАТО это приведет к еще большему нарушению баланса сил и дестабилизации международных отношений.
Проект Концепции военной реформы, представленный в Совет безопасности, ориентирован на второй подход.
По отношению к нынешнему состоянию и действующим правовым нормативам проект Концепции предусматривает ряд кардинальных изменений и дополнений:
- ограничение численности Вооруженных Сил по штату мирного времени до 60 тыс. человек военнослужащих и 15 тыс. рабочих и служащих (т.е. сокращение еще на 28,5%).
- создание территориальных войск.
- объединение ВВС и ПВО в Войска воздушной обороны.
- комплектование Вооруженных Сил как путем призыва, так и добровольным поступлением на службу. Причем для призывников - срочная служба устанавливается в 12 месяцев, а для получивших подготовку на военных кафедрах и неаттестованных в офицерский состав - 26 месяцев, для добровольцев солдат и сержантов по первому контракту - 2 года, для офицеров - 5 лет после окончания военного учебного заведения и 2 года - по приему из запаса.
При внешней привлекательности проект имеет серьезные недостатки и не в полной мере раскрывает декларируемые направления реформы.
В Концепции заявляется, что при создании военной организации государства необходимо ориентироваться на "создание собственного оборонного промышленного комплекса" (п.1.5) и "организацию собственного производства вооружения, военной техники" (п.4.4), "централизацию на государственном уровне управления обеспечением потребностей обороны..." (п.4.1.3).
Такие декларативные заявления абсолютно не подкреплены здравым смыслом. Элементы военно-промышленного комплекса, находящиеся на территории Республики Беларусь, способны обеспечить потребности Вооруженных Сил не более чем на 1-3%. В свою очередь, например, более 100 предприятий работает на ВМФ России.
Существенным недостатком проекта Концепции военной реформы является ее оторванность от военно-политической обстановки в Европе и неучет приближения НАТО к границам нашего государства.
Военная реформа должна ориентироваться не на среднестатистические европейские показатели, а на сценарии разрешения локальных и региональных конфликтов, как на потенциальные, так и на реальные угрозы. При этом надо четко понимать, кто наши союзники и откуда исходят угрозы, формы и методы ведения современных военных конфликтов.
Пока не создана система европейской безопасности, позволяющая эффективно согласовывать национальные интересы государств, стабильность международных отношений может быть обеспечена только на принципе баланса сил.
Военная безопасность и сокращение затрат на вооруженную защиту государства достигается не нейтралитетом, не "максимальной демилитаризацией", а разумным объединением усилий и потенциалов союзников в целях поддержания баланса сил и защиты общих жизненно важных интересов.
В Концепции не сформулированы принципы и механизмы определения количественно-качественного состава силовых структур государства.
Предлагаемые сроки службы, "заочная" служба, скорее носят конъюнктурный характер, нежели стремление к укреплению боеготовности и боеспособности армии. Чего стоит в деле "шестимесячная" служба хорошо показала Чечня. После трагических уроков в России срок службы опять был увеличен до двух лет.
Необходимо признать, что обеспечивающей подсистемы военной организации государства у нас нет и реформировать нечего. Ресурсов для создания собственной обеспечивающей подсистемы, способной обеспечить потребности Вооруженных Сил, тоже нет. Оставаясь на позициях реализма, необходимо ставить вопрос о восстановлении системообразующих связей и создании военной организации Союза Беларуси и России в составе управляющей, реализующей и обеспечивающей подсистем.
Управляющая подсистема создается из надгосударственных и государственных органов, осуществляющих анализ военно-политической обстановки, принятие военно-политических решений и контроль за их исполнением.
Реализующая подсистема представляет собой региональную группировку войск, которая создается из воинских формирований РБ и РФ, планируемых к применению по единому замыслу и плану.
Военные реформы в России и Беларуси должны быть скоординированы по замыслу, принципам и направлениям военного строительства.
Экономический, научно-технический и военный потенциалы, гарантирующие фактический суверенитет Республики Беларусь, могут быть обеспечены только в единой системе на сохраняющейся пока инфраструктуре.
Военный потенциал, доставшийся нам в наследство после развала СССР, тает как снежный ком весной. Если в Уставе Союза Беларуси и России, а также последующих нормативно-правовых актах не будет зафиксировано положение о создании военной организации Союза, то дальнейшие шаги в области военного строительства наших государств будут носить несистемный характер. В следствие этого через два-три года Беларусь утратит свою обороноспособность.

Тома Ю.А., член-корреспондент Белорусской Академии геополитики


РАСШИРЕНИЕ НАТО И БЕЗОПАСНОСТЬ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

Планы расширения НАТО за счет принятия в ее состав ряда стран Центральной и Восточной Европы вызвали жесткую дискуссию по обе стороны Атлантики, и могут привести Запад во главе с США и постсоветское пространство во главе с Россией к первому после холодной войны серьезному кризису в их отношениях.
Собственно военный аспект возникшей проблемы сводится к следующему. Договор о сокращении обычных наступательных вооружений в Европе от 19.11.90 года по замыслу должен был уменьшить вооруженное противостояние в Европе между НАТО и Варшавским договором, привести к состоянию, когда ни один из блоков не мог бы внезапно начать наступательные действия, в случае какого-либо политического кризиса. В целом Договор способствовал разрядке международной напряженности и повышению доверия между странами. Однако в идее Договора лежал принцип сохранения баланса сил между НАТО и Варшавским договором. Под балансом сил здесь следует понимать создание условий, при которых ни одно государство или союз государств не могут реализовать свои национальные интересы путем угрозы или применения силы.
После роспуска Варшавского договора и ликвидации СССР каждое суверенное государство получило определенную квоту на содержание обычных наступательных вооружений. В частности по Ташкентскому соглашению от 15.5.92 г. Республика Беларусь могла иметь:
танков - 1800
боевых бронированных машин - 2600
из них:
боевых машин пехоты (десанта) - 1590
бронетранспортеров - 1010
артиллерийских систем - 1615
боевых самолетов - 294
ударных вертолетов - 80
Для достижения установленных квот, к осени 1996 года в Республике Беларусь было уничтожено 1773 танка, 1341 боевые бронированные машины, 130 боевых самолетов.
В настоящий момент НАТО имеет над государствами СНГ, подписавшими Договор о коллективной безопасности, более чем трехкратное преимущество в обычных наступательных вооружениях. При расширении НАТО на Восток, через принятие в состав этой организации стран Вышеградской группы (Чехии, Венгрии и Польши) вместе с отводимыми им квотами, НАТО получает уже пятикратное преимущество в обычных наступательных вооружениях, что, согласно военной науке, полностью обеспечивает наступательные боевые действия в случае вооруженного конфликта.
Кроме того, уменьшая некоторое количество вооружений в Европе, НАТО позаботилось о его качественном сохранении. Фактически США не изменили количество единиц боевой техники, а такие государства как Франция, Великобритания, Италия, Греция, Испания, Турция вместе взятые, с 1990 по 1995 годы увеличили парк боевых самолетов на 1179 единиц и парк вертолетов огневой поддержки на 133 машины, доведя его до верхней планки установленных квот.
Кроме чисто количественных преимуществ в вооружении и военной технике, в случае расширения на Восток, НАТО автоматически приближает инфраструктуру своей военной организации к границам СНГ, а именно: пункты управления войсками и оружием, аэродромы передового базирования (285), средства войсковой разведки, военные склады, линии коммуникаций и т.п., в том числе возможно ядерные арсеналы.
Вопрос о расширении НАТО далеко не ограничивается лишь одними военными аспектами. Вокруг него сталкиваются интересы различных государств как внутри НАТО, так и вне ее, а также интересы собственно НАТОвской международной бюрократии. Одна штаб-квартира НАТО насчитывает свыше 3.5 тысяч высокооплачиваемых сотрудников, борющихся за выживание. В кругах этой бюрократии ходит крылатое выражение: "Если бы не было Балканского кризиса, то его следовало бы создать". (Разумеется для реанимации НАТО, потерявшего свою основную цель - сдерживание военной и идеологической угрозы со стороны СССР и стран Варшавского договора).
...
Люди разных цивилизаций по-разному смотрят на весь спектр вопросов бытия. Эти различия складывались столетиями. Они более фундаментальны, чем различия между политическими идеологиями и режимами.
Конец идеологического противостояния двух мировых систем позволил выдвинуться на передний план традиционным формам этнической идентичности и реанимировал традиционные противоречия на границах цивилизаций.
Раздел между цивилизациями на востоке Европы пролегает вдоль нынешней границы России и Финляндии, России и прибалтийских государств, рассекает Беларусь и Украину, сворачивает западнее, отделяя Трансильванию от остальной части Румынии, а затем совпадает с линией, отделяющей Хорватию и Словению от остальной Югославии. На юге европейской и востоке азиатской частей территории Россия граничит с исламской, конфуцианской и японской цивилизациями.
Границы цивилизаций не такие четкие, как границы государств, но достаточно видимые. Они формировались веками. Существует мнение, что нынешние их очертания в Евразии сложились приблизительно 500 лет тому назад.
В Беларуси, нынешние государственные границы которой установились лишь после Великой Отечественной войны, раздел цивилизаций по историческим, географическим, демографическим и другим признакам определить практически невозможно. Зато в политическом плане он виден вполне отчетливо. Политическая борьба все более явственно выступает как борьба цивилизаций, где люди под бело-красно-белыми флагами выступают с позиций русофобии, антиправославия и прозападной ориентации.
Используя фактологический материал в свете цивилизационной модели конфликтов, можно сделать определенные выводы и по рассматриваемой проблематике.
Во-первых, расширение НАТО имеет объективный характер, а не является субъективным пережитком холодной войны.
Во-вторых, четко вырисовывается не показная, а истинная суть НАТО как консолидатора западных стран, института контроля и вовлечения незападных стран в сферу своих интересов (например, через программу "партнерства ради мира"), системы обеспечения превосходства военной, политической и экономической мощи Запада.
В-третьих, следует ожидать не трансформации НАТО из военно-политического союза в некий политико-консультативный "клуб по интересам", не самоограничения его функций , а усиления его роли, расширения масштабов деятельности и круга решаемых задач, в том числе задачи недопущения политической и военной интеграции СНГ.
В-четвертых, снижение потенциальной угрозы возникновения глобального вооруженного конфликта вовсе не означает снижение потенциальных угроз региональных и локальных конфликтов, где особой опасности подвергаются страны на разломах цивилизаций, к которым относится и Беларусь.
В-пятых, при расширении НАТО на Восток и попытке проведения со стороны Республики Беларусь самостоятельного внешнеполитического курса, затрагивающего интересы Запада, военная угроза для нее будет возрастать.

По материалам Б.Биккинина, А.Разумовского (журнал "Армия" ВС РБ)


Социум

ДВОЙНОЕ ГРАЖДАНСТВО: МИФ И РЕАЛЬНОСТЬ

После крушения СССР, начиная с 1992 года, когда вдруг стали возникать на территории бывшего единого государства настоящие границы вместо пунктиров на картах административно-территориального деления СССР, оказались разрезанными на части не только племена и народы, но и семьи. И тогда под влиянием самых благих и гуманных намерений - теперь уж не установить с чьей подачи - все больше внимания стало уделяться вопросу так называемого двойного гражданства.
Идея двойного гражданства стала широко популяризироваться в России, как якобы решающая проблемы ее граждан, в момент распада Союза ССР, оказавшихся проживающими на территориях других новых государств. Особо эта идея приветствуется лидерами общественных организаций и объединений россиян как в этих новых государствах, так и их представителей в самой России.
При этом за аксиому принимается, что двойное гражданство равно выгодно как самим государствам в их искренних (или не очень) устремлениях к "углубленной интеграции", так и жителям этих государств.
Так ли это с точки зрения интересов России?
И если так, то почему это явление не применяется в Западной Европе, давно и упорно идущей по пути интеграции?
Двойное гражданство не имеет пока сколько-нибудь значительного распространения. Его не признают наиболее влиятельные государства мира. Так, лицо, получающее гражданство Германии должно отказаться от своего предыдущего гражданства. В США приобретение гражданином иного гражданства может служить основанием для лишения гражданства США и обязательно приводит к отстранению от государственной должности.
В самом чистом виде двойное гражданство, как институт, обеспечивающий полное равноправие граждан одних государств на территориях других, существовало в СССР. Впервые это положение было оформлено еще в Конституции РСФСР 1925 года:
"11. РСФСР предоставляет все права, устанавливаемые Конституцией и законодательством Республики для граждан РСФСР, так же и всем пребывающим на территории РСФСР гражданам других союзных республик."
В дальнейшем эта формула не менялась по существу.
Почти во всех остальных случаях то, что мы называем "двойным гражданством" можно определить как правовую норму, при которой на основании межгосударственного (двустороннего или многостороннего) договора граждане одних государств пользуются частью прав граждан государства своего нахождения. Размер изъятий в правах различен. В любом случае он предусматривает защиту государственного суверенитета и безопасности каждого из договаривающихся государств.
Исторический опыт (Великобритания, Испания, Франция) показывает, что в постимперском пространстве так называемая титульная нация (или население метрополии) с повышенным вниманием относится к вопросу не только предоставления своего гражданства жителям бывших колоний, но и к договорам о двойном гражданстве. Англия, например, осознавая нравственную ответственность за вмешательство в исторические судьбы бывших своих колоний, оставило их населению гражданство Великобритании, но не полного объема прав. Они могут без визы приехать в Англию на время, могут обратиться в консульство Великобритании в третьей стране, если там нет дипломатического представительства их родного государства, но не более того.
А с 1981 года в Великобритании введено три категории гражданства:
- британские подданные;
- граждане британских зависимых территорий;
- граждане британских заморских территорий.
"Плюсы", которые дает двойное гражданство гражданам России и любого другого нового государства (безвизовый проезд, упрощение таможенных правил и прочее) можно создать и не заключая договоров о двойном гражданстве. А значит так называемое "двойное гражданство" населению бывшей метрополии - России и ей самой заведомо невыгодны сегодня и тем более в перспективе.
Придется честно признать некоторые факты:
а) Отделение республик от России произошло не без влияния национально-освободительных движений народов, а не только "номенклатуры".
б) В настоящее время русофобские настроения в новых государствах заметны и не снижаются, в то время, как население России не имеет столь выраженной агрессивности к населению окраин. Последнее положение типично для любой метрополии, будь то Франция, Испания, или Португалия.
в) Использование русского языка, как государственного языка СССР, унификация культур на базе русской культуры на протяжении более чем двух поколений привели к тому, что так называемое русскоязычное население (оттого и возникло это понятие) новых государств почти не владеет местными языками, которые во всех этих государствах стали официальными.
г) Многократно перекроенные и по неведомому принципу проведенные административные границы внутри СССР были в значительной мере условны, и не совпадали с этническими.
д) В условиях распада СССР выделились не заморские, географически обособленные территории, а непосредственно прилегающие, что существенно облегчает миграционные процессы.
Исходя из этих несомненных фактов мы в результате двойного гражданства имеем:
1. Граждане новых государств будут пользоваться полным объемом прав, предоставляемых договорами о двойном гражданстве, в то время как граждане России в своем подавляющем большинстве не смогут эти права реализовать. Прежде всего по причине незнания местных языков.
Так, по данным переписи 1989 года в целом по союзным республикам от 30 до 70 процентов местного (титульного) населения республик владели русским языком, как вторым родным, и лишь - 2,1 процента русского населения владело языком, который сегодня в этих государствах единственный официальный.
Например, в Казахстане: казахов, свободно владеющих русским языком - 62,9%, а вот среди русских, там проживающих, свободно владеют казахским 0,0%. В Таджикистане соответственно: 30,0% и 0,1%.
Отсюда следует, что граждане Таджикистана или Казахстана, прибыв на жительство в Россию, имеют в сотни раз большую возможности поступить на государственную службу, чем русские там, даже если они давно живут в этих республиках. О вновь прибывших и говорить не приходится. Их шансы получить место на государственной службе равны нулю.
Это факт замаскированной дискриминации русскоязычного населения, и особенно граждан России.
2. Прозрачность границ и несовпадение административных границ с этническими может приводить к тому, что граждане сопредельных государств будут все массовее вытеснять граждан России в государственных органах, особенно в приграничных районах.
3. В случае заключения Россией договоров о двойном гражданстве с государствами, в которых выражены русофобские настроения не только населения, но и местного чиновничества (что мы наблюдаем повсеместно, особенно в бывших среднеазиатских республиках), возникает крайне неблагоприятная для граждан России, но удобная для чиновников российского МИДа ситуация. Ведь согласно Гаагской консульской конвенции 1930 года, которой установлено, что одно из двух государств, гражданином которого одновременно является какое-либо лицо, не должно оказывать ему покровительства во время его проживания в другом из них. Т.е. граждане Российской Федерации теряют право на защиту и покровительство со стороны своей Родины, если у них имеется и гражданство другого государства, признанное Россией.
Таким образом мы видим, что поспешное, непродуманное заключение договоров о двойном гражданстве не только не защищает россиян в ближнем зарубежье, но и полностью отдает их на произвол местных властей. Кроме того, двойное гражданство может представлять серьезную угрозу государственным интересам.
Ведь несмотря на введенные, например Законом "Об основах государственной службы" ограничения, в нем не оговорен вопрос наличия у гражданина России второго гражданства и проверки на этот предмет. Не этим ли вызваны известные случаи откровенного лоббирования интересов других государств со стороны правительственных чиновников?

А.Мостовой,
эксперт Комитета по делам СНГ и связям с соотечественниками Госдумы России


В ПРЕДДВЕРИИ СОЦИАЛЬНОГО ВЗРЫВА

По данным статистики, лишь около 40% молодых людей в Российской Федерации в возрасте до 30 лет могли обеспечить себя, при этом 80% из них не имели средств для нормального существования. Если в 1988 году на территории СССР было 3 миллиона молодых, которые нигде не работали и не учились, то только к середине 1993 года число таковых на территории РФ достигло уже 5 миллионов. Ныне же число их еще больше возросло. Целые города стоят без работы.
По данным Института комплексных социальных исследований, надежды на властные структуры среди молодежи минимальны. Особенно в провинции. Лишь 1% обучающихся там рассчитывал на то, что распределение и работу после окончания ими учебного заведения обеспечит его администрация, вдвое меньше (!), рассчитывали на службу занятости и лишь считанные, вообще статистически не значимые единицы уповали на органы государственной власти. При этом 1/3 считали, что об их трудоустройстве должна заботиться администрация, 1/4 эту обязанность возлагала на местные органы власти и 4% - на центральные.
Т.е. складывалась ситуация, при которых уровень притязаний и реальность расходятся настолько сильно, что когда надежды подрастающего поколения на жизнь в "киношном" мире не оправдаются, возможен резкий и стремительный бросок общества к старым, как мир идеям, которые примут как и в 1918 году "тоталитарно-уравнительный" характер. База для этого у нас в стране есть.
В 1993 году во время совместного опроса, проведенным Социологическим центром Российской Академии государственной службы, Карлтонским университетом Канады и Институтом комплексных социальных исследований было опрошено более 5500 работающих на 28 разнопрофильных предприятий различных регионов Российской Федерации. На вопрос "Как должна отличаться заработная плата хорошего руководителя предприятия от зарплаты рабочего?" ответы распределились следующим образом:
- зарплата такого руководителя должна быть в 4-5 и более раз больше зарплаты рабочего - 15%
- он должен получать в 2-3 раза больше рабочего - 38%
- он должен получать немного больше рабочего -27%
- зарплата руководителя не должна отличаться от зарплаты рабочего - 6%
- он должен получать меньше рабочего - 2%
- затруднилось ответить - 12%
- не ответили на вопрос - 1%

Налицо примерное численное совпадение тех, кто выступает за большую дифференциацию оплаты, и тех, кто безоговорочно поддерживает курс либеральных кругов на капитализацию страны. Большинство категорически против сложившегося в России положения. Если же ко всему этому добавить, что лишь 3% отметили, что за последние годы отношение государства к своим гражданам стало более справедливым, а 46% придерживается прямо противоположного мнения, то можно отмечать, что после разрушения с благими намерениями в 1990 году базовых моральных ценностей общества, началось крушение авторитета государственных институтов власти, на восстановление которого уйдет как минимум 6 лет упорной работы.
В противном случае ... Иранская революция дает некоторый пример того, как могут развиваться события. А ситуация с "Сандеро Луменосе" и с восставшими индейцами в Мексике показывает, что ультрауравнительная тенденция в мире отнюдь не исчерпана. Кампучия с ее "красными кхмерами", процессы на Африканском континенте демонстрируют это лишний раз. Да и в Европе неспокойно.
Пока же в преддверии возможных катаклизмов в России все больше утрачиваются равные стартовые возможности вступающих в самостоятельную жизнь. Создается слой людей, живущих в полном достатке, который оценивается примерно в 2% населения. Ему противостоит основная масса населения, причем разница в доходах между 10% самых богатых и 10% самых бедных оценивается минимум в 16 раз. По некоторым же данным разрыв этот достиг уже 30 кратного уровня.
По данным статистики известно, что безработица все больше начинает затрагивать молодежь. И тут мы начали приближаться к западным стандартам. Это вполне естественно. Лучшие места за прилавками уже заняты, в большинстве российских производств упадок, в лучшем случае - застой. В наиболее престижных ВУЗах - "все места блатные расхватали". События в Лос-Анжелесе, когда волнения не вписавшихся в жизнь потребительского общества подавляли морские пехотинцы, подстрелив при этом, по официальным данным, около 100 человек - звонок и для "процветающей" Америки.
Кажется, что начинается очередной этап трагедии российского социума. В 1993 году (по данным ИКСИ) 3% работающих молодых людей привлекала такая "сфера деятельности", как "рэкет, наемничество, преступления", а в случае безработицы и резкого ухудшения своего материального положения уже 7% из них допускало свое существование за счет такого рода деятельности. В 1995 году число это, по данным ряда конфеденциальных опросов, увеличилось минимум чем вдвое. Ныне же только привлечение наиболее потенциально опасных социальных слоев в охранные структуры пока еще спасают ситуацию. Но подрастают "молодые волчата", а места под солнцем уже заняты. Каковы будут тогда действия властей для спасения ситуации? Организация еще одной войны, вроде чеченской, для оттягивания энергии недовольства?
Видно, что если псевдолиберальные тенденции сохранятся, то наше общество ожидают колоссальные потрясения, справится с которыми оно будет не в состоянии. Если же к этому добавить еще ущемленное чувство национального достоинства русских, то картина получится совсем мрачная. Не случайно все более растут ряды таких организаций как РНЕ, делающих ставку именно на молодежь, спаянную дисциплиной и взаимопомощью входящих в них.
По данным военных специалистов для более-менее эффективной борьбы с организованными партизанами надо иметь не менее чем десятикратное численное превосходство. Борьба же с террористами-одиночками вообще бессмысленна. В лучшем случае обеспечивается лишь их поимка после осуществления "акции".
Силовая борьба с несправедливым обществом может принимать форму схватки как политической, так и уголовной. Что мы и наблюдаем. И принципиальной разницы нет между террором уголовников и террором "Красных бригад".
Есть ли выход?
Исследователи политических и социальных процессов из Российской академии государственной службы отмечали еще четыре года назад, что "недовольство существующим положением вкупе с социалистической доминантой массового сознания создают значительную вероятность движения "политического маятника" к левому спектру общественных доктрин". Теперь все явственней видно, что возвращение к социалистическим традициям в сложившейся ситуации будет выходом для страны. Итоги всероссийских выборов 1993, 1995, президентских выборов 1996 года, результаты местных выборов показывают, что процесс этот уже начался.
Если же правящий слой России, до сих пор занятый первоначальным накоплением капитала, попытается, вопреки здравому смыслу, воспрепятствовать этому реальному настрою граждан страны, то... по данным опросов до 22 % граждан страны из самых различных социальных слоев признают в качестве оправданного различного рода насилие (вплоть до применения оружия) для достижения праведных, с их точки зрения, целей. А для дестабилизации достаточно и 5%...

Юрий Московский


Россия - Казахстан

В ЗАЩИТУ ПЕТРА КОЛОМЦА

В Москве создан общественный комитет в поддержку арестованного властями Казахстана заместителя председателя Русского Центра Казахстана, походного атамана Петра Коломца.
Петр Коломец известен своими активными выступлениями против этнократического режима Назарбаева и проводимой им политики геноцида русского народа на территории Казахстана.
На основании голословного доноса Петр Коломец с 1995 года преследовался комитетом национальной безопасности Казахстана.
В настоящее время Петр Коломец содержится в следственном изоляторе поселка Заречный (пригород Алма-Аты). Есть сведения о том, что по отношению к нему применяются пытки.

∙ Рубрика ∙  Вверх